Третья волна: чем эмиграция 2026 отличается от паники 2022 года
Февраль 2022: очередь на паспортный контроль, один чемодан, билет в один конец. Март 2026: Excel-таблица с налогами в четырёх юрисдикциях, USDT на холодном кошельке и план на полгода вперёд. Тот же маршрут — другая мотивация. Разбираемся, что изменилось.
Индекс свободы интернета для крипто-номада: рейтинг стран СНГ и Ближнего Востока
Аренду посчитали, визу изучили, налоги сравнили. А сколько часов в неделю съедает борьба с заблокированными сервисами и нестабильным интернетом? Сравниваем 8 стран по параметру, который не попадает в калькуляторы стоимости жизни, — но определяет продуктивность.
Нейросети за забором: какие AI-сервисы закрыты в России и что открывается при переезде
Один и тот же разработчик, одна и та же задача. В Ереване он открывает Claude и пишет код. В Москве — заходит через агрегатор-посредник с наценкой 20%, молится, чтобы VPN не отвалился, и надеется, что аккаунт не заблокируют. Разбираемся, какие AI-инструменты закрыты в России и что с этим делать.
Цифровой железный занавес: что теряет IT-специалист, оставаясь в России
Каждое утро — проверка: работает ли VPN, грузится ли GitHub, дошло ли сообщение коллеге. Для IT-специалиста в России 2026 года это не паранойя, а рабочая рутина. Разбираемся, сколько стоит цифровая изоляция в часах, деньгах и упущенных возможностях.